Федеральное бюджетное учреждение здравоохранения

«Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Крым
и городе федерального значения Севастополе"

ФБУЗ "ЦГиЭ в Республике Крым и городе федерального значения Севастополе"

 телефон/факс: (3652) 549-901

 fbuz_priemn@cge-crimea.ru

Единый консультационный центр 8 800 555 49 43

Горячая линия по профилактике коронавирусной инфекции 0(3652) 25 25 59; +7(3652) 25 25 59

О деятельности санэпидслужбы Крыма в период Великой Отечественной войны

 В 1940 г. в Крыму уже сформировалась санитарно-противоэпидемическая служба, включавшая 17 городских и районных санэпидстанций, в том числе 3 межрайонные. В них работало 82 госсанинспектора, 117 помощников госсанинспектора, 49 санитарных врачей, 103 помощника санитарного врача, 101 эпидемиолог и бактериолог.

В годы Великой Отечественной войны специалисты санитарно-эпидемиологической службы Крыма внесли большой вклад в дело обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия страны благодаря усилиям медицинских работников в строй было возвращено 72% раненых и свыше 90% больных, в том числе страдавших тяжелыми инфекционными заболеваниями.

Специалисты санитарно-эпидемиологической службы Крыма внесли большой вклад в дело обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения. Особую опасность представлял сыпной тиф. Борьба с ним велась всеми звеньями медицинской и санитарной служб, а с целью ее координации 22 мая 1942 г. Наркомздрав СССР приказом ввел в каждой поликлинике штатную должность заместителя главного врача по эпидемиологической работе. Необходимость профилактических, прежде всего санитарно-гигиенических мероприятий обрела столь важную роль, что уже в начале войны была создана постоянная гигиеническая организация с четко очерченным кругом обязанностей, а на втором году войны потребовалось введение должностей фронтовых и армейских санитарных инспекторов-гигиенистов.

Во время битвы за Крымский полуостров Керчь стала ареной ожесточенных боев между советскими и немецкими войсками – линия фронта проходила через город четыре раза. В ноябре 1941 года Керченский полуостров первый раз был оккупирован. Но уже в декабре советские солдаты выбили фашистов. В мае 1942 года фашисты вновь захватили город. Оккупация Керчи длилась 700 дней. 11 апреля 1944 года город освободили. За время  оккупации города фашисты разрушили фабрики, сожгли мосты и суда, вырубили и сожгли парки и сады, уничтожили электростанцию и телеграф, взорвали железнодорожные линии. Погибли 15 тысяч военнопленных и 14 тысяч мирных жителей, свыше 14 тысяч человек было увезено на каторжные работы в Германию. В живых остались единицы. Керчь почти полностью стерли с лица земли.

 С первых дней войны при Севастопольском горздравотделе был организован штаб медико-санитарной службы, которым вначале руководил заведующий горздравотделом А.Г. Левин, после его призыва в Армию– В.М. Зудов, а в последние дни обороны города – В.Е. Лаврентьева. С 11 по 13 ноября 1941 г. руководство медико-санитарным обеспечением войск в обороне Севастополя перешло к санитарному отделу Приморской армии.

  В августе 1941 г. началась массовая эвакуация женщин и детей из Севастополя. Для этого был создан специальный эвакопункт. Эвакуация проводилась в течение всего периода обороны города.

  С 22 марта 1942 г. в Севастополе был введен осадный паек. Рабочим выдавалось до 600 г хлеба в день, служащим – до 400 г, а в детям – 300 г в день. Особенно экономно расходовались консервы, сахар и жиры. Для профилактики авитаминозов фармацевты изготавливали различные витаминные препараты: экстракты из хвои и можжевельника, из старых виноградных выжимок и дикорастущих растений.

   Совхоз «Массандра» наладил выпуск витаминных настоек. В марте 1942 г., в связи с трудностями по снабжению города продовольствием, Севастопольский городской комитет обороны принял специальное решение «О развитии огородничества». Под огороды было занято 1000 га земли и обработано 700 га имеющихся виноградников. Всего было создано 73 подсобных хозяйства, из них 22 – при предприятиях и 51 – при воинских частях.

 На случай перебоев с водоснабжением города были приведены в порядок старые забытые колодцы и родники, которых на территории города найдено около 300. Пригодность воды для питья контролировалась санбаклабораторией.

 Альтернативные источники воды были закреплены за уличными комитетами и управдомами для проведения необходимой очистки и охраны.

 Вода из колодцев и самотечного водопровода особенно пригодилась в последние месяцы обороны Севастополя, когда город лишился сначала Бельбекской, а затем Ново-Шульской насосных станций.

В первую очередь водой снабжались госпитали, больницы, дезинфекционная станция и спецкомбинат № 1 – основной производственный центр города, выпускавший боевую продукцию.

Дезинфекционная станция за сутки могла провести санобработку более тысячи человек (жителей города и бойцов, прибывающих с передовых рубежей обороны). Кроме того, был построен поезд-баня с пропускной способностью 100 чел/час.

В течение всего периода обороны города медицинская служба особое внимание уделяла поддержанию эпидемического благополучия среди населения и в войсках. У здравоохранения города в это время санэпидслужбы не было. Поэтому все противоэпидемические мероприятия в городе проводили военные медработники и поликлиники. Они планировали и организовывали проведение профилактических прививок, осуществляли контроль за санитарным состоянием промышленных, пищевых и коммунальных объектов, следили за личной гигиеной работающих, обучали санитарному минимуму, оказанию само- и взаимопомощи.

По состоянию на 13 июня 1942 г. имевшимися силами здравоохранения города проводилось оказание скорой и неотложной помощи пострадавшим от воздушных налетов авиации и артобстрелов противника.

Наряду с этим, проводилась и другая важная работа – это предупреждение возникновения инфекционных заболеваний в убежищах.

Среди населения, особенно детского, регистрировались заболевания диспепсией, ветряной оспой и гемоколитами, чему способствовали чрезвычайная скученность и перегревы.

 В убежищах для предупреждения бактериальной дизентерии медсестры давали людям фаг. Большую помощь медработникам в проведении профилактических мероприятий оказывал многочисленный актив Красного Креста.

Стационара, как такового, в городе не было. Все раненые и больные (в т.ч. и инфекционные) распределялись по госпиталям, в которых трудилась часть медицинского персонала  здравоохранения города.

3 июля 1942 г. Совинформбюро сообщило о том, что советские войска оставили Севастополь. Но десятки тысяч оставшихся защитников города продолжали бескомпромиссную борьбу с врагом еще до 12 июля 1942 г.

Активный участник обороны Севастополя контр-адмирал в отставке           Байсак М.Г.  в статье «Вечный свет подвига» (Севастопольские известия № 56 от 27 июля 2002 г.) вспоминает: «Это было 3 июля 1942 г. На мысе Херсонес находились тысячи израненных людей. Море, которое во все дни обороны помогало нам в борьбе, теперь было непреодолимой преградой. Командиры и политработники создавали отдельные группы, которые преграждали путь врагу»…

«Когда сводка Совинформбюро сообщила, что третьего июля оставлен Севастополь, - рассказывает бывший разведчик 7-й бригады морской пехоты ЧС, а затем 25-й Чапаевской дивизии Владимир Хрущев, - отчаянный бой у Херсонесского мыса только разгорался. Прижатые к обрывам цепи бойцов редели, но они с невиданной стойкостью отбивали натиск врага вплоть до 12 июля».

А вот что рассказал бывший политрук 747 полка 172-й стрелковой дивизии Швец И.Е.: «Страшную картину представляло в те жаркие июльские дни побережье Херсонеса. бесконечное множество трупов на берегу и в море. Легкие волны шевелили сотни разбухших тел. Вода порозовела от крови. И тысячи раненых, молча умирающих среди мертвецов на раскаленных камнях. Нас страшно терзал голод. Но еще ужасней была жажда. Мы без конца глотали горько-соленую морскую воду, которая вызывала только рвоту. Лишь когда окончательно иссякли наши силы, 12 июля, немцам удалось пленить и остальных героев Херсонесской трагедии.

    К вечеру мы оказались в общей колонне пленных, которая растянулась от Севастополя до Бахчисарая»...

    В боях за Севастополь немецко-фашистские войска потеряли до 300 тыс. солдат и офицеров.

  В тяжелейших условиях более чем 250-дневной обороны Севастополя вспышки инфекционных заболеваний зафиксированы не были. Это произошло только благодаря самоотверженной работе медработников и тесному взаимодействию медицинских служб Армии, Флота и здравоохранения города, в квалифицированном проведении комплекса санитарно-противоэпидемических мероприятий.

О становлении службы в г. Евпатория многое можно познать из отчетов, которые хранятся в архиве нынешних городских подразделений службы за период с 1944 года по настоящее время. К сожалению, довоенные документы не сохранились.

г. Евпатория был оккупирован 31 октября 1941 года и освобожден 13 апреля 1944 года.

На второй день после освобождения города от оккупантов возобновили  свою работу горздравотдел, лечебные учреждения города и городские санэпидучреждения. На ту пору в городе были госсанинспекция и городская  санэпидстанция, в состав  которой входили бактериологическая лаборатория, пастеровский пункт, молочно-контрольная станция, дом санитарного просвещения и дезинфекционный отряд. Госсанинспекция, горсанэпидстанция, дезотряд, лаборатория имели своих бухгалтеров, финансировались за счет бюджетных средств и других источников, разрешенных Законом.  Размещались эти учреждения в одном здании по Привозной площади № 32 (ныне – ул. Д. Ульянова, 16). Общая численность персонала в них – 20 – 22 чел. Из транспортных средств – одна грузовая подвода и одна лошадь. Этим транспортом  производилась и госпитализация инфекционных больных.

Старшим госсанинспектором была Евдокия Ивановна Орлова, работавшая во время войны заведующей горздравотделом.

После освобождения  города от немецко-фашистской  оккупации город выглядел в сплошных развалинах – разрушены жилые дома, гостиницы, санатории, трамвайное сообщение, электростанция, артскважины.

Известно, что первая артскважина в городе была построена в 1833-34гг., к 1940г.  их было 192, ко дню освобождения города  осталось в городе 3 и на курорте – 29. Население  пользовалось водой из 9 водоразборных будок. Из-за отсутствия  топлива отмечались частые перебои  в подаче воды по трубам. Вода в шахтных колодцах лабораторно исследовалась лишь по эпидпоказаниям и отмечалась высоким микробным загрязнением, количество шахтных колодцев неизвестно (на ту пору паспортизация их не проводилась).

 Канализация в городе разрушена.  За годы оккупации практически  не очищались  помойные ямы, выгребные уборные, мусорные ящики.

Санитарный обоз горкоммунхоза состоял из 3х колымаг для ассенизации и 2х бричек для вывоза уличного мусора, что крайне было недостаточным.

Ассенизационно-мусорная свалка размещалась рядом со скотомогильником в 3х км от города, не имела ограждения, подъездных путей.

На начало 1945г. в городе была всего одна баня с пропускной способностью 800 чел./день, но из-за перебоев в подаче воды, топлива, работала фактически 1 день в неделю.

Мыла в городе не было. Городская СЭС получала мыло и дезсредства, но их количество было крайне ограниченным. По данным отчетов за 1945г. получено 233 куска мыла, 25 кг жидкого мыла, 2350кг мыла «К», 290 кг хлорной извести, 147 л бензина, 239 л керосина. Кроме использования этих веществ в очагах инфекционных заболеваний, выдавались они для  ЛПУ города и городской бане. Завшивленность населения города была «высокой», учет таких лиц не велся.

В 1946г. в городе было всего 180 коек в 5ти стационарах ЛПУ.

Инфекционная больница после разрухи не восстановлена, больные размещались в отдельных коридорах – «по инфекциям». Санобработка поступающих и выписываемых больных не производилась. Помещение не отапливалось, электроосвещения не было – использовались коптилки. Главным врачом инфекционной больницы с 1941 по 1945г.г. был Исаак Абрамович Кальфа.

Как отмечено в годовых отчетах санитарными врачами города за 1944 – 1949г.г. «население города питалось в основном растительной и мучной пищей, проживало в сохранившихся  одноэтажных жилых домах с высокой скученностью, многодетными семьями». Демографические показатели за эти годы отмечают высокую  рождаемость, высокую  заболеваемость, в т.ч. и инфекционную, высокую детскую смертность.

Уже в 1946 году в городе было создано 258 санитарных постов и подготовлено 321 общественных санитарных инспекторов в помощь органам власти по поддержанию в городе должного санитарного порядка.

 Силами и средствами лабораторий СЭС осуществлялся довольно высокий объем лабораторных исследований. Только за 1946 год бакисследований выполнено 13 тыс., а всех «клинических» (т.е. диагностических) – 25,5 тыс.: 301 больной обследован на брюшной тиф, 470 – на дизентерию, 691 на дифтерию, 1273 анализов на сифилис, 3862 – на малярию, 1011 на туберкулез мазков, на гонорею исследовано 3170, на гельминты – 860. Лабораторная выявляемость была высокой – на брюшной тиф – 2,3%, на дизентерию 1,5%, на дифтерию 2%, в реакциях Видаля – 11,1%, Вассермана – 8,5%, на туберкулез – 3,7%, на малярию – 1,9, на гонорею – 8,8, на глисты – 7,8%.

 Санитарно-гигиенической лабораторией выполнено 1138 исследований, в т.ч. воды на хим.показатели – 287, хлеба на доброкачественность – 100, обедов на калораж – 54, полуды на содержание свинца – 94.

 В апреле 1944 г. начала функционировать областная санэпидстанция в штат которой входило 3 специалиста. Из эвакуации вернулся  бактериологический институт.

  Областная СЭС не имела собственного помещения, размещалась вместе с противоэпидемиологическим управлением, отсутствовали транспорт и оборудование, не было ни одной лаборатории, исследования проводили в бактериологическом институте.

  В период ликвидации последствий войны, восстановления и развития народного хозяйства, возрождения Крыма и Севастополя с 1944 по 1959гг. работа санитарно-эпидемиологической службы была направлена на ликвидацию санитарных последствий войны, восстановление санитарно-эпидемиологического благополучия.

Боевые действия на территории Керчи в годы войны

Керчь в период военной оккупации 1941-1944гг.